На рассвете 7 сентября 1812 года туман над Колочей скрывал десятки тысяч солдат. К полудню батарея Раевского стала центром боя, а грохот артиллерии был слышен за многие километры.
Поле, которое не уступили
Французская армия несколько раз брала укрепления, русские части возвращались в контратаки. К вечеру обе стороны сохранили порядок, но понесли огромные потери. Для Наполеона путь к Москве оказался открыт — без решающего разгрома русской армии.
«Из всех моих сражений самое ужасное то, которое я дал под Москвой».
Бородино осталось одновременно военным столкновением и национальным мифом: событием, смысл которого оказался шире итогов одного дня.